В первый раз я написал в укрнете статью про этого человека четыре года назад. За это время ничего не изменилось. На Украине как не знали, так до сих пор и не хотят знать этого Великого Полководца .
И не мудрено. Он не воевал против русских, предателем не был, несогласных из своего народа по ночам не резал. Куда ему до новоявленных героев, воспетых в годы президентства Ющенко. И сейчас , когда я пишу эти строки, уверен на все 100%, что большая часть граждан Украины Паскевича не знает.
Иван Федорович Паскевич почти всю свою жизнь был офицером Русской армии, прошел путь от поручика до генерал-фельдмаршала, причем прошел с боями, все свои чины и награды добыл на поле брани. Добавим к этому еще, не считая мелких ранений, пулевое ранение в голову и две тяжелые контузии, полученные уже фельдмаршалом. Он был участником семи (!!!) войн, четыре из которых он выиграл, будучи Главнокомандующим Русской армии. Выиграл вчистую, по боксерской терминологии, нокаутом. Его командование завершалось либо полным разгромом неприятельской армии, как во Второй Русско-Персидской войне и Русско-Турецкой 1828-1829 гг, либо капитуляцией неприятеля, как в Польскую и Венгерскую компании.
В Советское время Паскевича не жаловали. Замолчать не получалось, слишком масштабная была личность. Приклеили ярлыки реакционера и фаворита Николая Первого, душителя свободы, подавившего Польское восстание в 1831 году и Венгерскую революцию в 1849. Как бы вскользь упоминали про то, что был Главнокомандующим в Русско-Персидской войне и командиром дивизии в 1812. Но непременно со злорадным восклицанием, что его командование в Крымскую войну было не убедительным. И обязательным пассажем в духе классовой борьбы про то, что он был крепостником и сыном крупного помещика.
Ну, с советским временем, где в основу всего был положен классовый подход, все ясно. Ничего другого и ожидать не следовало. Но ведь Ивана Федоровича и в современной Украине замечать не желают. Его земляки, полтавчане Шестаков и Погода, написали замечательную книжку про фельмаршала «Соткавший славу из побед» и издали ее на свои средства мизерным тиражом в 500 экземпляром, в то время, как Украине миллионными тиражами навязываются поделки про Бандеру и Шухевича. А надо бы книгу Шестакова и Погоды в каждую школу. Но не хотели прошлые украинские власти и их придворные историки, чтобы народ знал, каких военных гениев рождала на самом деле малороссийская земля. Будем надеяться, что при новой власти положение изменится. А пока приходится нам, россиянам, исправлять положение, рассказывать при первой возможности про то, каких военначальников Русской императорской Армии дала Малороссия, как они сражались за Россию, которую считали своим Отечеством и какой признательностью им платило благодарное Отечество. Приходится рассказывать и на этом уважаемом сетевом издании, поскольку местные «записные» историки умеют только про Мазепу и Шухевича строчить без устали, или уводить публику в сторону «Загадок Вавилона», где можно любой наукообразный бред накатать, благо никто про Вавилон ни “ухом не рылом”. Но зачем нам Вавилон? Нам Вавилон не нужен, когда у нас есть гораздо близкие и понятные исторические персонажи, свои, доморощенные, про которые тоже можно сказать никто «ни ухом ни рылом».
Вот и Иван Федорович Паскевич как раз из этого списка. Великий русский полководец малороссийского происхождения, добившийся в этой жизни всего сам, своей храбростью и своим незаурядным военным талантом. История жизни Паскевича напрочь опровергает усиленно внедрявшийся при прошлой украинской власти тезис об ущемлении инородцев в царской России вообще, а малороссийского происхождения в частности. Да и никто никогда не считал Паскевича в России инородцем. Потомки вчерашней малороссийской старшины, получившие все права русского дворянства, добивались высших постов в армии и государстве. Достаточно вспомнить фамилии Канцлера Безбородко, целые кланы Разумовских-Перовских, прямо таки оккупировавших подножья царского олимпа. И все они были так сказать «безродные». Но ничего, это не помешало восхождению. И история Паскевича отнюдь не исключение.
Родился Иван Федорович Паскевич в 1782 году в Полтаве в семье мелкопоместного малороссийского дворянина Федора Григорьевича Паскевича. Были Паскевичи потомками сподвижника Богдана Хмельницкого Цалого Паська. Отсюда и их фамилия пошла. И не были они богатыми. Долгое время жил Иван Федорович на жалование армейского офицера, и женился уже будучи генерал-лейтенантом, когда жалованье позволяло содержать семью. Вообще, русское офицерство не состояло в своей массе из обеспеченных людей. Зачем обеспеченным себя под пули подставлять. Куда выгоднее себе при дворе карьеру сделать. Я в свое время был немало удивлен, когда ознакомился с характеристиками нескольких десятков русских генералов, которые отослал Наполеону в Париж накануне вторжения его военный атташе. Про генерал-майора Паскевича было сказано, что он прошел все офицерские чины, участвуя в Русско-Турецкой Войне 1806-1812 годов, за храбрость, и был, в конечном счете, произведен в генерал-майоры. Про Витебский полк, которым он некоторое время командовал, наполеоновский атташе написал, что полк «превосходный», один из лучших а Русской Армии. Про состояние Паскевича было отмечено, что оно «незначительное».
Портрет Паскевича из Военной галереи Зимнего дворца
Портрет Паскевича из Военной галереи Зимнего дворца
Оценка врага многого стоит. Военный атташе написал правду. Во время Наполеоновского вторжения в Россию в 1812 году Великая Армия поломала немало зубов о 26-ю пехотную дивизию, которой Паскевич командовал. А оценка состояния генерала, как незначительного, не оставляет камня на камне от штампа советского периода о Паскевиче, как сыне крупного помещика. Вообще из всех русских генералов, характеристики которых были опубликованы, только двое были отмечены как богатые люди. Это генерал-майор Воронцов Михаил Семенович, тот самый пушкинский “полумилорд-полуподлец”, про которого было отмечено, что он необычайно богат, и сам Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов, про которого француз написал, что он сказочно богат. Вот ведь какое внимание Наполеон уделял состоянию командного состава противника. Этих подкупить было невозможно, эти дрались за идею. Как дралась армия Александра Первого, лишний раз рассказывать не надо. Это общеизвестно. Но вот данные об офицерском составе заслуживают того, чтобы на них остановиться. Русских офицеров было 49,5%, а если точнее, то выходцев из Великорусских губерний. Выходцев из Малороссии было 30,5%. Сюда входили не обязательно этнические малороссы, такие как Паскевич или Неверовский, но например и Милорадович из Новой Сербии, которого украинским читателям тоже следует считать своим земляком. 12% офицеров были белорусами, 5% немцами, 2% татарами и 1% прочие.
Еще раз остановлюсь на малороссийских 30%. Почти третья часть. И не считали эти ребята, что служат в оккупационной армии, как любят глумиться современные украинские “историки”, и воюют за интересы чуждой им державы. Все эти идеи имеют гораздо позднее происхождение и инкорпорированы в современное украинское сознание мудрецами из Галиции, которые в свою очередь с благоговением вспоминают австрийский период истории Галичины.
К периоду Австрийского владычества спокойно относятся, например, чехи, которые в то же самое время получили своего великого Полководца – фельдмаршала Австрийской армии Йожефа Радецкого. Чехи Радецкого не забывают, более того, чтят. Не было в их нации другого военного гения подобной величины. И ничего страшного, что Австрийцам служил. И каждый чех знает о его блестящих победах над итальянцами (из сардинского королевства) при Новаре и Кустоцце. Кто не верит, пусть откроет Гашека и прочитает.
А Паскевич был куда более значительным полководцем, он не одну военную компанию как Радецкий выиграл, а его на Родине не знают, и знать не хотят. Вот такой подход практикуется на Украине к истории. Там наровят свою историю написать, а точнее переписать. И предвижу, что и мне ненавязчиво предложат вместе с Паскевичем убираться. Поклонникам Мазепы и Шухевича Паскевич ни к чему. Только заслоняет своим масштабом и талантами.
Гомельский замок
Гомельский замок
А между тем к имени Паскевича уже начали некоторые приватизаторы подбираться. Похоронен то он в Гомеле, в фамильном склепе приобретенного им Гомельского замка. Да и мать его, Анна Осиповна Карабановская, была дочерью дворянина Могилевской губернии. А у батьки с полководцами туго. Есть правда Соколовский с Якубовским. Но это советский период. А период Русской Императорской Армии как бы пустует. Почему бы его не заполнить фигурой Ивана Федоровича? Тем более, что он очень много для Гомеля сделал. И библиотека Гомельского университета в своей основе содержит библиотеку Паскевича. Вот и окажется, в конечном счете, Белоруссия с Великим полководцем, а Украина с Мазепой и Шухевичем, спор о вкладе которых в историю не утихнет уже никогда.
Под этой часовней фамильный склеп Паскевичей
Под этой часовней фамильный склеп Паскевичей
По окончании компании 1812 года, когда после разгрома Наполеона Кутузов представлял Александру Первому в Вильно своих генералов, Паскевич был им представлен как “лучший генерал моей армии”. Уже одного этого было бы достаточно для гордости за своего земляка, для того, чтобы включить этот факт во все учебники истории…. Так получилось, что во всех решающих сражениях 26-ю дивизию Паскевича всегда ставили на направление Главного удара, своего или неприятельского. И всегда он побеждал. То есть почти всегда. 26 августа 1812 года при Бородино, 26-я дивизия погибла почти полностью уже к 12 часам, прикрывая батарею Раевского. А до этого была Салтановка, Смоленск. И везде всюду успевал командир дивизии, когда надо лично возглавляя штыковые атаки, что принесло ему прозвище “бешенохраброго”. 4 августа 1812 года на Королевском бастионе Смоленска “бешенохрабрый” Паскевич опрокинул солдат “храбрейшего из храбрых” Наполеоновского маршала Нея. Но про Нея знает весь мир, а про “бешенохраброго” малороса мало кто. На родине не знают точно.
Потери корпуса Нея под Смоленском были огромны. Паскевич писал впоследствии в своих записках, что у его солдат были “дурные “ ружья, и он приказал их перевооружить ружьями, взятыми у убитых французов. Он оставил после себя потрясающие военные записки, оставившие бесценную информацию о боях под Смоленском и Салтановкой. Они беспощадны и напрочь лишены елейности и пафоса, которыми у нас окружено все, что связано с 1812 годом. Почитаешь их и поймешь, что Россия в 1812 году была на грани национальной катастрофы, и помешало лишь чудо.
Из заграничных походов Паскевич возвращается ужу генерал-лейтенантом и командиром корпуса. И только тогда женится в 1816 году на Елизавете Алексеевне Грибоедовой, кузине ставшего впоследствии знаменитым автора “Горя от Ума”. Он, и только он сумел вытащить Грибоедова из тюрьмы, куда тот попал по делу декабристов. Назначенный Александром Первым командовать Гвардейской пехотной дивизией, под его начало попал Великий князь Николай Павлович, будущий Николай Первый. С этого момента началась их мужская дружба на всю жизнь. Николай называл Паскевича своим “отцом-командиром”. Можно ли считать Паскевича фаворитом императора? Cкорее нет. Фаворит находится, как правило, при царствующей особе. Паскевич же находился при армии либо на Кавказе, либо в Польше, где он был царским наместником с 1831 до самой своей смерти в 1856 году. Он был царю другом и наставником. Николая Первого называют Николаем Палкиным, но мало кто знает, что при нем наказания солдат были значительно ослаблены по сравнению с периодом Александра Первого. И сделано это было не без участия Паскевича, категорического противника палочной муштры.
В 1826 году для Паскевича наступил звездный час. Взошедший на престол Николай послал его на Кавказ в помощь Ермолову, а затем снял последнего с должности и назначил главнокомандующим Паскевича. Недображелатели иногда изображали его как хитрого хохла, который играл еще с Великим князем Николаем в игру “я твой государь, ты мой главнокомандующий”. После воцарения Николая игра превратилась в реальность. Но, что бы там не говорили, человек оказался на своем месте. 13 сентября 1826 года при Елизаветполе (нынешняя Ганджа) 7 тысячный корпус Паскевича наголову разгромил 35-тысячную Персидскую армию Аббаса-мирзы. Взошла новая военная звезда. В 1827 году пала Эривань, затем Тебриз. В 1828 году в ауле Туркманчай Паскевич и Обресков от имени России подписывают мирный договор, определивший отношения с Персией до 1917 года. Восточная Армения присоединена к России. Армяне Паскевича чтут. Уже в наше время, после развала СССР, они у себя поставили ему памятник. Армяне поставили, а на родине в Полтаве нет. Дальше можно не комментировать.
Паскевич становится графом Эриванским, а после победы в последовавшей почти сразу войны с Турцией становится генерал-фельдмаршалом. Интересующиеся могут прочитать А.С.Пушкина “Путешествие в Арзрум”. Это – своеобразная летопись Эрзурумского похода Паскевича.
Пушкин писал о Паскевиче не только здесь. Есть и посвященные ему строки в стихах. Всем известны стихотворения Пушкина “Полководец”, посвященное Барклаю-де-Толли, и “Перед гробницею святой”, посвященное Кутузову. А вот “Бородинская годовщина” известна не многим. “Шовинистическое” это стихотворение, воспевающее взятие Паскевичем 8 сентября (по новому стилю) 1831 года в 19-ю годовщину Бородинского сражения Варшавы.
Паскевич выиграл тогда русско-польскую войну, которую почему то называют Первым польским восстанием, забывая, что сражалась против Паскевича Польская армия, выпестованная еще Наполеоном, и принимавшая участие в его походе на Москву. Выиграл красиво. Возглавив после смерти от холеры неудачно действовавшего Дибича, он меняет стратегический план компании, форсирует Вислу, и обходит Варшаву с Запада, лишая тем самым Польшу поддержки Франции и Пруссии. Последовавший после этого решительный и успешный штурм ставит точку в войне.
В 1849 году по приказу Николая Паскевич вмешивается в Австро-Венгерские разборки и принуждает к капитуляции Венгерскую армию Гергея. По пути его армия проходит Галичину. Паскевич предлагает Николаю воспользоваться бедственным положением Австрийского императора Франца-Иосифа и отторгнуть Галичину в пользу России. Николай не соглашается, как раньше не согласился с планом Паскевича по расчленению Персии, и вернул Турции большую часть завоеваний Паскевича в Закавказье. Альтруизм Николая дорого стоил России. Узнав о намерениях Паскевича, по окончании войны австрийцы начали плотно работать с населением Галичины, которая до того в основной массе благосклонно относилась к России. Ему стали методично навязывать антирусские настроения, внушать мысли об оккупации и унижении Малороссии и все остальное, что сегодня навязывается уже Галичанами всей Украине.
Не послушался Николай своего отца-командира. Сейчас все было бы по иному.
Крымская война оказалась для Паскевича последней. В самом ее начале он предпринял наступление в Валахии, которое было прекращено после ультиматума Австрийцев. После этого Паскевич оставался в Варшаве с большей частью Русской армии как противовеса готовым к нападению на Россию пруссакам и австрийцам. А Горчаков тем временем неудачно разбирался в Крыму с англо-французами. Нападения со стороны Австрии и Пруссии не последовало, Паскевича боялись. Но Горчаков не получил всех войск, на какие мог рассчитывать и проиграл войну. Фельдмаршал не перенес сдачи Севастополя и позорного Парижского мира. Его хватил удар и он скончался. Похоронен был поначалу в Польше, в Демблине. Впоследствии сын Федор соорудил в гомельском замке Часовню-усыпальницу семьи со склепом, куда и перенес прах отца, избавив его от вероятного осквернения поляками после восстановления независимости.
А лишил их в свое время независимости малоросс, из запорожских казаков, потомок сподвижника Богдана Хмельницкого, отомстив за все унижения поляками малороссийского народа. Но про это сейчас тоже не любят вспоминать. “Хуже москаля никого нет”. Такова современная установка националистических идеологов.
По их мнению, нет места в Национальном Пантеоне ни Богдану Хмельницкому, заключившему с Москвой Переяславский договор, ни Паскевичу, довершившему его дело.

Впервые опубликовано http://h.ua/story/268008/
22 апреля 2010 18:26:28